amino (amino) wrote,
amino
amino

Шантарам



Я уже который год никак не закончу чтение этой книги, хотя она довольно интересна и полна занимательных сентенций. Вот приведу несколько из интервью с автором «Шантарама». Понравилось про то что есть добро и зло, как эти понятия можно объективизировать.

«"Шантарам" начинен философией, как троянский конь, и вся задача этой философии сводится к тому, чтобы найти эталон, позволяющий последовательно отличать добро от зла. Я нашел этот эталон. Ты не ответил мне, почему убивать нехорошо. У тебя есть эталон? Нет? Тогда слушай. Отличительной чертой Вселенной является стремление к объединению, созиданию и усложнению. В нормальных условиях частицы вещества постоянно соединяются, порождая более сложные образования. Вселенная стремится к предельной сложности, и все, что способствует движению к предельной сложности, — это добро, а все, что мешает этому процессу или замедляет его, — зло. Это определение объективно, основано на знании и универсально. Человеческая жизнь — самый сложный из известных нам примеров организации материи. После убийства вся эволюция, длившаяся миллиарды лет, пропадает впустую. Поэтому — и только поэтому, а не потому, что это противозаконно, — убивать нельзя».

«— Когда немцы выдали меня Австралии, я провел первые два года в одиночке в наказание за побег. Два года без неба и без людей — только крики, и стоны, и плач соседей. В одиночке люди ищут способ искалечить себя — режутся, вешаются, топятся в параше. Это непросто — утопить самого себя в параше, и я лучше не буду вдаваться в подробности, но там был один умный парень, сумевший решить и этот вопрос. А еще там был парень, бросавшийся на охранников. Каждый раз, когда вертухай открывал дверь, он уже стоял на пороге, выжидая момент. И они били, и били, и били его, и потом забрасывали назад в камеру. Каждый раз невидимые друг другу люди кричали: «Убей их, кусай их, порви их!» В какой-то момент я не выдержал и закричал ему: «Блуи, есть одна медитация, которой меня обучили в Индии. Она поможет — и ты выйдешь живым. Возьми одеяло, расстели его у дверей, сядь и повторяй за мной то, что я тебе говорю». «Что? Что еще за индийская мастурбация?» — «Не мастурбация, брат, ме-ди-та-ция. Возьми одеяло, расстели его у дверей, сядь и повторяй за мной то, что я тебе говорю». Конечно, мы не медитировали — мы просто выкрикивали свои имена и кричали: «Я люблю тебя, я думаю о тебе», а не «когда я выберусь, я выбью тебе глаза», как было принято раньше. Понемногу к нам присоединились другие камеры. Через два месяца начальник ШИЗО вызвал меня и сказал, что не знает, что это за мумбо-юмбо, которому я обучаю людей, но эта херня работает. Не было больше ни суицидов, ни драк с охраной. Начальник спросил, есть ли у меня просьбы. Я процитировал Достоевского: сказал, что лучше просижу 15 лет с пером и бумагой, чем два года без. И мне разрешили писать, хотя это было против правил».

PS  Журналист не высоко оценивает прозу этого романа. В чем-то он прав, но читая «Шантарам» я понимал, что порой суть не в изысканности текста, лаконичности, правильности построения фраз, а в том, чтобы оставаться искренним и дать то, что пережил. Поделиться своей жизнью, тем более, что она богата событиями, впечатлениями, чувствами, мудростью.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments